Новости партнеров

Самое свежее

Александр Русин. Почему народ не может выбирать власть: ему не дано выйти из плена популизма Чего тебе надобно, старуха Алексеева? – спросил Путин. Ответ ее потряс всех Язык без гостей. О дискриминации русского языка в России Константин Семин. Экономика должна быть человечной Константин Семин. Не робот враг человека и экономики, а капиталист-компрадор Депутат Поклонская: «Чтобы знал народ, кому кланяться!»
Loading...
Loading...
Загрузка...

Православие и коммунизм: почему они оказались так легко взаимозаменяемы?

  • Вы никогда не задумывались, как злостный атеистический коммунизм, царивший у нас 70 лет, мог создать такую плодородную почву для появления православного культа? Причем культ этот при Путине только укрепился, а формироваться начал сразу же после распада СССР (вспомним, как, например, сверхпопулярный Тальков тогда вел активную пропаганду веры и церквей).

    Обратный вопрос: а как на заре СССР массы людей, в свою очередь воспитанных на православии, легко влились в культ Ленина, сменившийся впоследствии культом Сталина? Думаю, все дело в крайне схожем (вплоть до мелочей) формате обоих культов. И хоть один культ атеистический, а другой – религиозный, оба они, как бы парадоксально это ни звучало, являются и началом, и продолжением друг друга.

    Общество, в котором изначально был культ православия, всегда с легкостью примет культ коммунизма – и наоборот, ибо сходство их разительное.

     

    1. Святые

    Первое, что бросается в глаза при взгляде на оба культа – это изобилие непререкаемых авторитетов, т.н. «святых». Например у православных божественная троица, у коммунистов – тоже троица: Маркс, Энгельс, Ленин. Их долгое время и рисовали вместе на плакатах.

    Несложно обнаружить и подобие армии святых: у советского коммунизма это многочисленные герои труда, герои СССР, стахановцы, орденоносцы, ударники и так далее.

    У православных имеется главенствующая организация – РПЦ. У коммунистов – КПСС. Две организации с непререкаемым авторитетом.

    2. Мученичество

    И в первом, и во втором случаях культ мученичества и самопожерствования – незаменимый атрибут пропаганды. Канонизация мучеников за веру отражает идею о том, что тяжелые физические испытания являются благом. Они служат пропуском в рай, не говоря уже про внесение в число почётных героев РПЦ. Если вспомнить советские агитки, ощущение, что советский герой обязательно должен был быть мертвым, умершим за идею. Живых в СССР как-то не особо почитали.

    Идея благости самопожертвования и её тиражирование очень выгодна как церкви, так и государству. В обоих случаях речь идёт о бесплатных услугах, которые люди оказывают культу даже ценой собственной жизни.

    Сюда же относится и общая для православия и коммунизма идея: живи сейчас плохо, потом тебе за все воздастся. В СССР это светлое коммунистическое будущее, у православных – блага в загробном мире. И коммунизм, и православие пропагандируют самоотрешенную тяжёлую работу ради идей, называя её высшим благом, придавая ей оттенок героизма и просто играя на естественном желании человека получить славу и бонусные ресурсы.

    Обе идеологии делают схожую подтасовку: они требуют от вас признания их сейчас за блага, обещание потом. При этом вовсе не факт, что потом будет именно благо! Заметьте, что тут требуется не просто признание. Оно должно быть подкреплено определёнными действиями. Например вам надо вкалывать за гроши или покупать свечки. Вера без действий пуста.

    3. Символизм

    Ввиду метафизичности идеи светлого будущего она должна быть облачена хоть в какое-то материальное обличие – чтобы ее можно было потрогать хоть в каком-то виде. Так и у первых, и у вторых появляется символизм, вобравший в себя все то, за что сегодня необходимо страдать: крест у православных, пятиконечная звезда у коммунистов.

    Любой сподвижник как первого, так в второго культа должен носить на себе эти символы на случай, если ввиду абстрактности формулировок, забудет, за что выступает.

    4. Отказ от материальных благ.

    Фундамент обоих культов основывается на постулировании отказа общества от материальных благ. Более того, материальные блага в обоих случаях подаются как нечто недостойное. При этом главные идеологи культов, будь то парторги или попы, наоборот, культивируют стяжательство вне всяких границ и рамок, не отказываясь от дорогих Мерседесов, швейцарских часов и квартир.

    5. Борьба с инакомыслием, тоталитаризм.

    И первое, и второе без этого пунктика обречены на провал. Ввиду крайне уязвимой позиции культов, любая, даже самая незамысловатая критика для ее лидеров недопустима. Если не подавлять инакомыслие, культ обречен на скорейший разгром; залог успешности для лидеров заключается в эффективности их пропаганды. Потому абсолютно все такие культы носят тоталитарный характер и радикальными методами пытаются искоренять мыслепреступления. В одних случаях это репрессии, в других – инквизиция.

    Трудно представить себе ученого, который призывает убивать всех не согласных с его мыслями. Среди верующих таких пруд пруди. По той простой причине, что за плечами ученого стоит четкая фактология, которая не способна пошатнуться даже при самой злостной критике, а за плечами верующего – ничего кроме убеждения. Трудно представить себе капиталиста, который призывает убивать всех, не верящих в капитал. Среди коммунистов таких пруд пруди. Потому что за плечами капиталиста – успешный опыт стран Европы и США, в то время как в мире не выжило ни одного успешного социалистического государства.

    6. Формирование чувства вины и долга.

    Это можно вкратце обозначить двумя примерами: «Иисус умер за ваши грехи» и «деды воевали за вас». Православная церковь ловко культивирует чувство вины, заставляя прихожан считать себя грешными – хотя бы по одному лишь факту своего существования (первородный грех). Но первородного греха было недостаточно, и придумали обширный перечень новых, под который попадают все естественные этологически обусловленные образцы поведения человека. Вы все должны Иисусу, который страдал за вас!

    На это хочется сказать: но я же его не просил страдать за меня, так что ничего ему не должен. Можно легко вообразить, какой шквал негодований и проклятий это вызовет у верующих!

    В СССР все должны были Ленину, который придумал рай на земле; ударникам, стахановцам, дедам, потом Сталину, который победил фашизм. Потом Хрущеву, который добился надоев кукурузы. Советской родине и «лично дорогому Леониду Ильичу».

    7. Культ умерших.

    Который доходит до совсем уж извращенных проявлений вроде целования мощей святых и паломничества к телу Ленина в Мавзолее. Впрочем это прямое следствие культа мученичества. И та, и другая идеология просто пропитаны смертью насквозь. Будто бы они нужны для того, чтобы умирать, а не жить. Они никогда не культивировали живых – но всегда отличались фанатизмом в почитании умерших – за родину или веру.

    8. Святые места и сакрализация.

    И у тех, и у других символизм дошел до стадии формирования целых святых зон – по сути бездушных кусков гранита, которые наделяются неким сакральным значением. Например Вечный огонь – по сути обычная газовая горелка. Но как-то не так относиться к ней – преступление. То же и в православия: прикури от свечи или станцуй в храме – тебя сразу линчуют…

     

    И еще многое, многое другое. Например, изучение Библии как неоспоримой истины у одних – и «Капитала» у других...

    То есть де-факто мы видим, что религия и коммунизм – взаимозаменяемые форматы. А где-то и вполне слоившиеся: например, в случае с династией Кимов в Северной Корее уже трудно понять, там культ религиозный или же коммунистический.

    Именно поэтому коммунисты всегда первым делом стремились искоренить именно религию: в Северной Корее вообще казнь за хранение Библии. Коммунисты борются с религией ровно по той же причине, по которой РПЦ борется со Свидетелями Иеговы. Это борьба за идеологический рынок против конкурентов.

    Потому-то общество Российской Империи, воспитанное догматами православия, с такой легкостью приняло атеистический коммунизм. И ровно потому же сразу после падения СССР массы с не меньшей легкостью вновь приняли православие. Кодекс строителей коммунизма и Христовы заповеди – два варианта явно одного текста.

    Можно заменять Христа на Ленина и наоборот – никакой страшной ломки в сознании это не потребует.

     

    hueviebin

0

Комментарии

3 комментария
  • Александр Росляков
    Александр Росляков30 июня+1
    Автор влез в самую крамолу: де коммунизм и православие – близнецы-братья, готовые, чуть что, взимозаменяться. Но это еще не самая крамола: кодекс строителей коммунизма действительно похож на Нагорную заповедь, с чем давно согласились многие и коммунисты, и христиане. Крамола в том, что он ковырнул глубже: рабское сознание готово расшибать лоб об любой пень – и не только христианский или коммунистический. Оно готово принять сегодня и новую идеологию деления людей на толстосумов-олигархов и подножный прах – уже самую людоедскую. Чему свидетельство распространенное сейчас кликушество: кто против Усманова и Абрамовича, которых любит Путин – те против России. Ату их! Эта жуть свершилась наяву – и от нее порой впрямь жить не хочется…
  • Dural Dural
    Dural Dural1 июля
    Автор не в теме. Мелко.
  •  Мойша Гарбер
    Мойша Гарбер1 июля+1
    Трудно представить себе капиталиста, который призывает убивать всех, не верящих в капитал.- У автора туго с фантазией. Именно этим капиталисты и занимаются всё время.Коммунизма на земле ещё не было . Овечеству недоступна жизнь которой живёт весь окружающий его мир.