Новости партнеров

Самое свежее

Александр Росляков. Почему выбраковка россиян и замена их на мигрантов неизбежна Лариса Казакевич. Одесса – мама юмора Сталин как зеркало Байден – любовь моя! Алексей Живов. А власть тем временем не дремлет – хотя лучше б спала мертвецки! «Древние славяны занимались абортничеством». Из школьных сочинений
Загрузка...

Сергей Мардан. Гражданское общество без политики: что это за невидаль?

  • Среди образованных людей есть мнение, что гражданское общество – это прежде всего активное участие в уличной политике, причём исключительно на «правильной» стороне. Спроси этих людей, принадлежат ли гражданскому обществу люди, исповедующие, например, крайние формы национализма, в разговоре возникнет неловкая пауза. Потому что гражданское общество должно состоять из людей с хорошими лицами, исповедующих взгляды Андрея Сахарова, а лучше Алексея Навального.

    Эта зацикленность на «политическом акционизме» создаёт совершенно искривлённую картину мира.

    В представлении этих фантазёров гражданское общество – это своего рода рыцарский орден, который ведёт благородную борьбу со злом, а вокруг – огромная бессловесная и невежественная народная масса, которая ведёт совершенно скотскую жизнь, наполненную дешёвым пивом, шансоном и телевизионной пропагандой. В общем за стенами рыцарского замка – одна сплошная вата.

    Социологически ничтожная прослойка людей пытается (и довольно успешно) приватизировать само понятие гражданского общества и жёстко отстаивает своё право включать в этот клуб исключительно достойных.

    Поэтому когда появляются люди или социальные проекты, которые отказываются присягать в верности либеральному ордену и его ценностям, это вызывает ожесточённую реакцию, которая почти сразу перерастает в травлю.

    Однако последние 5-7 лет возникают и множатся различные волонтёрские группы и организации, лишенные политических пристрастий. Они предлагают людям совместную бескорыстную работу любого профиля – от уборки мусора в лесопарках до бесплатных музейных экскурсий. Люди собирают деньги на лечение больных, устраивают музыкальные концерты в домах престарелых или ставят спектакли для детей-сирот.

    Взрослые и занятые люди тратят своё свободное время на то, что мы обычно называем благотворительностью. Но благотворительность – это когда ты просто жертвуешь на что-то деньги, а здесь совершенно другая мотивация. Людям уже недостаточно просто купить себе моральную индульгенцию, переведя 100 или 1000 рублей в рамках очередного сбора средств на чьё-нибудь лечение. Они ищут возможности самим изменять окружающий их мир. Они хотят делать его лучше.

     

    Это новое, как правило, абсолютно неформальное движение, которое захватывает людей самых разных возрастов, взглядов и убеждений. Для большинства это самый логичный способ выбрать «сторону добра», не рискуя вляпаться в чьи-нибудь политические интересы.

    Через социальные проекты в России кристаллизуется совершенно невиданная прежде форма гражданского общества.

    И это не сублимация политической активности, как оппозиция пытается нас убедить. Социальными проектами обычно занимаются люди, которые вообще не интересуются политикой, а часто не хотят иметь с ней ничего общего по принципиальным соображениям. Они далеки от идеологии, они не вписываются в лекала официального патриотизма или представления об общественной пользе.

    Идея подобных общественных структур часто стремится к максимальной простоте. «Мы помогаем детям, оказавшимся в тяжёлой ситуации», «Мы помогаем одиноким старикам не чувствовать себя такими одинокими» или ещё что-то подобное.

    На Западе для этого явления изобретён отдельный термин – социальное предпринимательство (social entrepreneurship). Для реализации больших и долгосрочных социальных проектов люди создают сложные организационные структуры со своим финансированием, бюджетом, руководителями и сотрудниками. Полноценные компании. От обычных коммерческих они отличаются тем, что своей целью ставят не прибыль, а помощь разным незащищённым социальным группам.

    Самыми продвинутыми в этой области являются, кстати, не страны Западной Европы, а Южная Корея. Там социальное предпринимательство развивается с конца 80-х при огромной поддержке государства, которое видит в нём наиболее эффективный и тонкий инструмент для проведения своей социальной политики, а также способ поддержания социального мира и стабильности.

    Эта составляющая остро необходима и нам.

    Наши политические группы не формулируют сколько-нибудь внятные смыслы и видение будущего, в которые люди могли бы поверить. Поэтому уровень доверия политическим партиям в России – где-то в районе 10%.

    В отличие от политиков, зацикленных на власти, граждане хотят видеть людей, зацикленных на доброте, милосердии и сострадании. Они и должны стать новыми лидерами общественного мнения в ближайшие годы.

10

Комментарии

1 комментарий
  • Павел Артемьев
    Павел Артемьев27 декабря 2019 г.+2
    Социальное предпринимательство возможно только когда государство жёстко держит всех за фаберже. Ибо самому буржую - чихать на всех остальных. Наше же родимое государство - таким не занимается и заниматься отнюдь не намерено. Являясь эталонным образцом власти дикого капитала..