Самое свежее

Андрей Нальгин. Что означает призыв к сугубым мольбам за здравие юбиляра? Транзит в ад Эль Мюрид. Безграничная Россия Александр Росляков. Верховный тупик: мотив, необходимый для победы, не поет сам рот Аббас Галлямов. Зачем убили Дарью Дугину? Эль Мюрид. Зачем Путин стравливает меж собой главных вояк?

В ТРЯСИНЕ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВЕННОГО ДОГОВОРА

  •  

    Часть I.  Кто виноват?

     

    Принципы устроения и институты российского государства, то есть российская государственность, тоталитарны в своей основе. По описанным историками причинам ее тоталитарный дух зародился еще в Древней Руси. В качестве основного политического инструмента он утвердился в процессе формирования гигантской по территории, многонациональной и многоконфессиональной Российской Империи. Тоталитарная модель управления – самая простая и самая реализуемая – всегда была единственной надежной моделью для страны, страдающей гигантизмом и мессианством (последний всплеск которого – замах на построение коммунизма). Поэтому в Советском Союзе тоталитарный режим сделался жизненно необходимым – как единственное средство формирования унифицированной человеческой общности и управления ею, доступное таким личностям как Сталин и его окружение.

     

    Распад Советского Союза лишь в малой степени затронул дух российской государственности; ее основными императивами по-прежнему остаются:

    1) содержание гражданина в полной зависимости от государства;

    2) использование для этого всех форм насилия (экономического, правового, идеологического, информационного); физическое на время упразднено;

    3) недостаточность мер сохранения и поддержки природной нравственности человека.

     

    Как и у всех наций с длительной историей суверенности, у России за столетия ее истории сложился свой собственный общественный договор. Поскольку основной парадигмой бытования российской государственности является парадигма тоталитаризма, то и российский общественный договор наделен соответствующими признаками. Наш общественный договор (в отличие от его аналогов в странах Западной Европы, прошедших своеобразную правоведческую, духовную и моральную экспертизу в трудах великих законодателей, богословов, философов, в практической деятельности парламентов и гражданского общества) – это непрерывное живое творчество масс, и, прежде всего – масс власть имущих. Собственно правовая субстанция в нем присутствует, главным образом, в форме негласного признания договорившимися сторонами примата государства над личностью. В силу этого, основное содержание российского общественного договора всегда сводилось к трем статьям.

    Статья 1. Государству принадлежит неограниченное и неконтролируемое право решать общенациональные задачи и удовлетворять потребности своих высших классов за счет присвоения труда, имущества и жизней граждан.

    Статья 2. Государство не берет на себя определенных обязательств по обеспечению благоустроенного материального и морального бытия граждан.

    Статья 3. Государство предоставляет гражданам необходимый минимум возможностей для удовлетворения их потребностей произвольным образом.

    Эта последняя статья декларирует равноправность сторон и придает тоталитарной сущности нашего государства  несколько либеральный оттенок.

    Однако, по существу, этот договор был навязан одним его субъектом – властью – другому субъекту – народу, который и по сей день остается стороной бесправной, несмотря на то, что власть ныне почти на всех уровнях формируется через процедуры свободных и альтернативных выборов. Природа этого парадокса проста: в отличие от рамочных (по сути) общественных договоров западных стран, наш является договором прямого действия, и фундаментальные жизненные процессы страны протекают больше по его уложениям, чем по формальному (писаному) законодательству. Посредником между властью и народом является, в большинстве жизненных ситуаций, негласный сговор в виде вышеприведенных трех статей, трактовка которых определяется той или иной политической или экономической нуждой договорившихся сторон.

     

     

    В повседневной жизни взаимодействие в социальной системе «власть-народ», основанное на пренебрежении обеими сторонами договора официальным законодательством, осуществляется по простой схеме: «законообусловленное ограбление – посильное воровство». Эти термины отражают здесь довольно сложную и насыщенную разнообразными смыслами действительность.

    Так «ограбление» − это богатейшая палитра государственных мер: от простых манипуляций с налогами, тарифами и штрафами, принудительными займами, ценами, кредитными ставками, ценными бумагами… до процедур национализации-приватизации, введения законов, препятствующих свободному труду и расселению, финансирования по остаточному принципу, цензуры, противоречивых подзаконных актов, телефонного права, упрощенного судопроизводства и так вплоть до бессудных расстрелов.

    В свою очередь, «воровство» − это далеко не всегда акт скрытного присвоения чужой собственности, то есть простой кражи. Это, чаще, недобросовестное исполнение работником своих обязанностей с целью увеличения личного дохода, взятковымогательство-взяткодательство, нелегальное производство товаров, их транспортировка и сбыт, подпольные услуги, уклонение от налогообложения или иных государственных обязанностей, браконьерство и многое, многое другое. Не случайно в русском языке одним из синонимов слова «преступник» является слово «вор», а число заключенных и ссыльных доходило до 3 миллионов.

    Таким образом, традиционно, российский общественный договор – это негласное соглашение о сосуществовании власти и народа на основе взаимного ограбления.

    И новейшая российская государственность (во всяком случае – ее экономическая компонента) сформировалась в соответствии со статьями нашего общественного договора. Мы не будем здесь отдельно говорить о воровстве макроэкономическом – о механизмах приватизации, лоббистском законодательстве, коррупции в верхних эшелонах власти, корпоративном уходе от налогов, оффшорных стратегиях, банковских махинациях и т.д. На наш взгляд, это – лишь густая пена на поверхности мощного общенародного потока, складывающегося из вороватости наших гражданин, потока, существенно облегчившего нашей власти решение общегосударственных задач в начале постсоветского периода.

    Российское государство побуждает простой народ к воровству своей патологической бесхозяйственностью и несоблюдением принципа неотвратимости наказания за правонарушение (очень часто вора не ищут и не ловят потому только, что он всем виден и не скрывается). Оно осуществляет экономическое принуждение гражданина к воровству – нищенской оплатой труда, порождающим коррупцию законодательством, дефицитностью экономики, непомерными ценами, тарифами и налогами, неправедностью зависящего от власти суда. Оно пренебрегает акцентированной и систематической поддержкой нравственного состояния человека, так что нравственный гражданин плохо совместим с российской реальностью. Оно не создает основного необходимого условия для такого состояния – не обеспечивает возможностей заработать честным трудом на достойную, благоустроенную жизнь. Трудно вспомнить, какие государственные нововведения и реформации (во всей нашей истории) не приводили бы простого труженика к новым трудностям, потерям в имуществе, доходах, хозяйственном укладе. Нередки случаи, когда размер вознаграждения за труд устанавливается с учетом возможностей (и твердой уверенности в умении) трудящегося человека восполнить малость заработка дополнительным неучитываемым трудом или прямым воровством и поборами.

    И, наконец, наше государство всемерно формирует верноподданническое, плебейское отношение к себе и тем еще больше развращает народ: а) власть позволяет обманывать себя воровством – значит, это хорошая власть, ее можно любить; б) дозволяя и стимулируя воровство в каких-то пределах, власть потворствует образу жизни, альтернативному трудовому; для многих этот образ жизни становится привлекательным и единственным. У нас и сейчас около 1% от всего населения пребывает в местах заключения и, главным образом, по обвинению в воровстве, нередко – копеечном.

     

     

    В советское время государство обкрадывало трудящихся, оплачивая мизерную часть его труда и бесконтрольно расходуя создаваемые за счет этого общественные фонды. Так что, в собственно экономическом плане, бесплатные образование и здравоохранение и тогда уже стоили очень недешево. Многое из того арсенала принято на вооружение и теперешней властью: пенсионное дело, медицинское обслуживание, образование (и школьное, и, особенно, высшее), квартирный вопрос, цены на транспорт, на многие услуги – все это по-прежнему провоцирует гражданина на традиционные ответные меры.

    В результате, почти каждый человек – рабочий, крестьянин, учитель, спортсмен, пенсионер, врач… может быть уличен  в том, что ворует или вовлечен в воровство – иногда невольное и неосознаваемое, совершаемое через те или иные обыденные механизма, естественные как вдох-выдох.

    Проехал "зайцем" в транспорте – украл из городского бюджета; имеешь "левый" приработок без уплаты налогов, получаешь «серую» зарплату, торгуешь в обход кассового аппарата – украл из федерального бюджета, из пенсионного фонда; расплачиваешься наличными там, где полагается через банк – способствуешь незаконному финансовому обороту в ущерб бюджету; выточил деталь "налево" в рабочее время, на заводском станке, из заводского материала, получил за работу наличными, оформляешь какой-нибудь платеж по упрощенной процедуре, «благодаришь» кого-то за ту или иную услугу или сам получаешь «благодарность» − воровство, коррупция. Смотришь видео, слушаешь аудио, работаешь за своим компьютером на пиратском программном обеспечении, скачиваешь что-то из интернета, читаешь переводной романчик – участвуешь в краже чужого продукта. Воруешь, занимаясь приписками – по своей ли инициативе или по приказу начальства; приписки – фундаментальный метод формирования бюджета и выплаты заработной платы на разных хозяйственных уровнях.

    Бытовое воровство, всегда широко распространенное в России, приобрело в советское время характер эпидемии в виде несушества: каждый нес к себе домой все, что видел вблизи своего рабочего места. Нес по конкретной надобности, для продажи, для обмена, про запас, и, наконец, чисто рефлексивно. Именно в это время средний россиянин перестал воспринимать мелкое воровство как преступление и грех, и это окончательно укоренилось в психологии и сознании как норма повседневного бытия практически каждого россиянина.

     

    Так и получилось, что в некогда боголюбивой России и народ, и власть (состоящая из того же народного материала) фактически вычеркнули (как нечто ложное) из известного библейского списка вторую по порядку, самую житейскую заповедь. Это свидетельствует о некоем трагическом душевном изломе целой нации, о перерождении клеток сознания и духа составляющих ее индивидов – о чем-то вроде черной энтропии морального закона.

     

-1

Комментарии

4 комментария
  • Андрей Громадский
    Андрей Громадский21 сентября 2019 г.+1
    Автор повторяет лживые идеологические штампы Запада, которые он навязал интеллигенции СССР ещё в прошлом веке во времена т.н. хрущёвской оттепели. Цитирую автора: "Тоталитарная модель управления – самая простая и самая реализуемая – всегда была единственной надежной моделью для страны, страдающей гигантизмом и мессианством". Комментировать статью не представляется возможным, по причине абсурдности высказываний автора статьи, который искренне думает, что Россия «страдает», т.е. тяжко больна «гигантизмом и мессианством». Вывод: автор на полном серьёзе страдает непониманием существа государства, как такового, природы власти… Короче, автор демонстрирует классический образчик тоталитарного мышления, коим страдает уже много поколений русской интеллигенции. А, как известно, интеллигенция очень далека от русского народа и совершенно не понимает, что есть Россия для всего человечества этой план
  • Павел  Семёнов
    Павел Семёнов21 сентября 2019 г.+1
    Ага, теперь понятно. Таким образом, концептуально противоречие между СССР и ООО РФ мнимое, в действительности же то и другое суть одно. С нетерпением жду второй части, с объяснением на уровне не концепций, а деталей. Служебных, трудовых и бытовых.
  • Андрей Широнов
    Андрей Широнов21 сентября 2019 г.+1
    Бред!
  • Фома Неверящий
    Фома Неверящий21 сентября 2019 г.+1
    Россия страдает от дураков внутренних и внешних.