Новости партнеров

Самое свежее

Александр Росляков. Плохому президенту Интернет мешает: Путин обвинил его во всех грехах Эль Мюрид. Пресечь и запретить Ева Меркачёва. Путин велел разобраться с ее случаем. В итоге у нее аж кости захрустели... Андрей Нальгин. О долгом эхе крымского триумфа Как в СССР снимали кино. В помощь патриотически-либеральной общественности Александр Росляков. Казнить нельзя? Помилуйте! История одной поправки
Загрузка...

Сергей Мардан. Как умирают королевы – на смерть Ирины Антоновой

  • Скончавшуюся на днях в возраста 98 лет Ирину Антонову, президента музея изобразительных искусств им. Пушкина, сравнивали с английской королевой Елизаветой. За стиль, достоинство, за жесткость, за умение управлять. И за возраст, конечно.

    Но наша королева была другой. Жила не в Букингемском дворце, а в обычной панельке на окраине Москвы. Сама готовила и покупала еду. Ухаживала за тяжелобольным сыном. Считала себя социалисткой. И на склоне лет пережила страшное предательство от музейщиков: ее не поддержал ни один, когда она предложила вернуть в Москву музей Западного искусства.

    Антонова говорила, что у нее остались три главные цели в жизни: создать музейный квартал, вернуть музей Западного искусства и, главное, найти человека, который смог бы ухаживать за ее сыном Борисом после того, как она уйдет.

    Она не успела.

    Антонова была из породы долгожителей. Ее мама умерла в сто с половиной лет, уйдя тихо и мгновенно, как праведники. Склонилась утром над раковиной и вдруг – поникла. Наверное, если бы не обстоятельства, так бы ушла и сама Ирина Александровна.

    Но время распорядилось иначе.

    Из всей биографии Антоновой больше всего меня поразил один случай в годы войны. Поезд, в котором совсем молодая Ирина ехала вместе с матерью, попал под бомбежку. Пассажиры в панике бежали из вагонов, чтобы успеть укрыться в лесопосадках. А соседка не смогла выпрыгнуть из поезда и поэтому Антонова вернулась и осталась с ней. Женщина положила голову ей на колени, и пока бомбили поезд, Ирина гладила ее по волосам.

    Пожалуй, самое горькое и несправедливое в этом всем – то, что Антонова уходила абсолютно одна. Не нашлось другой такой Антоновой, кто бы остался с ней. Кто бы гладил ее по волосам, утешая перед неизбежным.

    Она уходила от ковида. Под аппаратом ИВЛ. Не решив последней задачи с сыном.

    – Оказавшись перед богом, что вы ему скажете?

    – За что ты меня наказал так жестоко?

    Этот диалог Антоновой с Познером вспоминают многие.

    Ее называли нашей королевой, а мы не сможем принести ей цветы. Не сможем сказать перед гробом последнее спасибо. Прощание с нашей Антоновой пройдет в закрытом формате.

    Ковид – метафора одиночества.

    С детства ее преследовал один и тот же сон. Уходит полк солдат, знакомых и незнакомых людей, последней за ними идет ее мать, а Ирина остается совсем одна.

    Она кричит от ужаса и просыпается.

    Почему-то еще тогда она знала, что этот сон сбудется.

11