Новости партнеров

Самое свежее

Александр Росляков. Министр Победы Шойгу и фигуры высшего холуяжа, в коих нам в мире равных нет Четверть века на посту светит сегодня Путину. А «пост сдал, пост принял»? Российская элита – это не соль, а стыд страны. Народ, помоги себе сам! Речь острая как меч: кто же из высших лиц мог так пинать власть своей страны? Россия беременна «желтыми жилетами» – убеждена опальная француженка Коррупция и общество: вместе они не уживаются подолгу, только – кто кого
Загрузка...

Даннаис дде Даненн (Ксения Д. Давыдова). Картины как предчувствие капитализма: о чём предупреждали художники «Мира Искусства»

  • Стремительная индустриализация девятнадцатого века затронула все сферы жизни. Она была очень болезненной для людей. По данным опубликованным в Journal of Personality and Social Psychology (Obschonka et al., 2018) у нескольких сотен тысяч жителей Англии и Уэльса до сих пор имеется травма от промышленной революции. И это спустя почти 200 лет. Что же говорить о людях, которым «повезло» жить в то время.

     

    Сложно было принять всё, что тогда начало происходить с миром как данность и необходимость всем, но особенно людям искусства. Неудивительно, что с приходом прогресса, в европейских странах начали зарождаться в среде творческих людей новые движения. Одно из них, возникшее в Англии во второй половине девятнадцатого века, называлось Братство Прерафаэлитов (англ. Pre-Raphaelites) и являлось отдельным направлением в английской поэзии и живописи. Безусловно официально создатели этого движения афишировали себя борцами с условностями эпохи королевы Виктории, академическими традициями и слепым подражаниям классическим образцам. Прерафаэлиты были первыми европейскими художниками-авангардистами, которые протестовали против классической школы портретов с ее напудренными париками, восхваляя естественность, романтику и красоту. Название «Прерафаэлиты» — это их дань уважения флорентийским художникам раннего ренессанса, творившим «до Рафаэля»: Перуджино, Джованни Беллини, Фра Анджелико. Однако подобное объяснение выглядело не слишком правдоподобным, ибо для чего во времена прогресса могло понадобиться искусство столь отдалённых времён? Обратимся к творчеству видного прерафаэлита Уильяма Морриса. Он был не только талантливым литератором и художником, но и как многие прерафаэлиты и некоторый другие люди своего времени, придерживался социалистических взглядов. Хотя на мой взгляд социализм Уильяма Морриса больше походил на утопический феодализм, с призывом к жизни и творчеству в общине.

     

    В современном мире, особенно в среде политиков за рубежом, большинство называют эпоху существования СССР - коммунистической, хотя не то, что коммунизма, но даже и социализма, как такого тогда не было. Можно сказать, что его тогда никто в СССР и в «глаза не видел», что уж говорить о других странах. Ленин и другие марксисты в последствии считали, что экономическим строем СССР был всё это время государственный капитализм, а социализм будет возможен только после победы революции в мировом масштабе. Согласно марксизму, социализм — это бесклассовое и без государственное общество, в котором свобода каждого есть условие свободы всех. Кроме того, социализм ведёт к полному уничтожению личности и машинизированию любой сферы жизни.

     

    Вернёмся снова прерафаэлитам. Уильям Моррис в 1861 году создал фирму по производству предметов декоративно-прикладного искусства «Моррис, Маршалл,

    Фолкнер и Ко». Фирма была построена, как считал Моррис, на социалистических принципах. Мастерские управлялись рабочими кооперативами, где работники получали щедрое вознаграждение. При этом подобный подход оказался не только грамотным, но и плодотворным, ибо «Моррис, Маршалл, Фолкнер и Ко» долгое время сохраняла позиции ведущей мануфактуры Европы, сумев просуществовать вплоть до 1940 года. Моррис отвергал машинное производство, мечтая о гармонии двух видов труда — физического и интеллектуального. В тоже самое время он выступал критиком современного ему общества, которое делало невозможным бескорыстное стремление к красоте. Свои идеалы Моррис видел в романтизированном им средневековье. По его мнению, только тогда ремесленник, умело совмещавший в одном лице технолога, конструктора и художника, поднимался до уровня Создателя. Поэтому в мастерских Морриса всё производилось вручную, тем самым возрождая различные искусства, а в их числе и художественное ткачество, находившееся в его время в упадке из-за повсеместного распространения механического производства.

     

    Сами сюжеты его картин, как, впрочем, и картин других прерафаэлитов наталкивают на мысль о сильном стремлении вернуть и сохранить ускользающий, а вернее сказать умирающий, мир прекрасного. Как результат труда прерафаэлитов, возникает новый стиль в прикладном искусстве и архитектуре. Это стиль Ар Нуво (фр. art nouveau, букв. «новое искусство»), известный в России, как Модерн. Англия, являясь старейшей страной капитализма, оказалась родоначальницей нового стиля. Модерн начал своё развитие под лозунгом возврата к органичности, плавности, простоте и функциональности средневековья, раннего Возрождения и народного зодчества. Наиболее заметной особенностью данного стиля являлся отказ от прямых углов и линий в пользу более плавных, изогнутых, подобно природным формам растений и насекомых.

     

    Стремление к подобному виду искусства понятно, ведь, вкусивший прогресса, мир начал постепенно задыхаться от него. Невозможно было так вот сразу отречься от того, с чем он был связан в течении столетий. Невозможно было искоренить многовековые устои феодализма, когда в быту были иные ценности нежели стремление к обогащению и созданию капитала. Поэтому многие поэты и художники тех времён искали спасения в средневековых легендах и романах о рыцарях «Круглого Стола» и об их справедливом короле Артуре. Тогда ещё была жива память о божественности царской власти, о рыцарских чести и благородстве. Но неужели в Российской Империи не было ничего схожего с прерафаэлитами и стилем Модерн? Ведь Россия, была очень отсталой с капиталистической точки зрения, страной. Конечно, было. Это художественное объединение «Мир Искусства», сформировавшееся в 1898 году. В отличии от прерафаэлитов это объединение находило идеалы в искусстве барокко, российского рококо, раннего классицизма XVIII века, ампира и культуры русской усадьбы. Художники «Мир Искусства» предстали публике и критикам, как представители декаданса, отчуждённые от демократических установок нового общества. Видно, этому способствовало то, что, по их мнению, приоритетом в искусстве должно было быть эстетическое начало, а не модные в те времена реализм или же академичность. В своём творчестве они стремились к модерну и символизму, противясь идеям передвижников.

    Искусство, по мнению членов «Мир Искусства», должно было выражать личность художника.

     

    В противовес идейной эстетике передвижничества они выдвинули лозунг “Искусство для искусства”. Кредо группы было задекларировано в программной статье “Сложные вопросы”, открывавшей первый выпуск журнала:“...великая сила искусства заключается именно в том, что оно самоцельно, самополезно и главное — свободно <...> произведение искусства важно не само по себе, а лишь как выражение личности творца”. Авторами статьи были Сергей Дягилев и Дмитрий Философов в журнале ”Мир Искусства” от 1899 года, за номером 1.

     

    Исходя из их творчества, вся проблема России заключалась в стойком феодальном и общинном строе. При этих двух основах, создание подлинного капитализма было в ней невозможно. Только тотальное разрушение этих устоев, притом тотальное на уровне государства и смены власти, могло положить почву для будущего прорастания побегов капитализма. Таким образом истинная суть революции и создания СССР, была не в построении коммунизма или социализма, а в искоренении феодализма и уничтожении общины, затем же в построении капитализма.

     

    "Ну, а причём тут художники?" - возможно, спросит читатель. Притом. Они были предсказателями грядущих событий. Они предчувствовали приход капитализма, разрушение в одночасье многовековых устоев и построение нового мира, где нет деления на добро и зло. А если есть, то добро и зло малое, чисто утилитарное и обывательское. Как например плохой министр, который украл значительную сумму денег; плохая соседка, которая целыми ночами держит включенным телевизор…

     

    То, что раньше имело глобальные масштабы, ныне сделалось маленьким. Раньше злом был диктатор, который развязывал кровавую войну, вовлекая в неё миллионы. Теперь это простой человечек в телевизоре и начальник на работе. А что же добро, спросите вы. Добро тоже измельчало. Если раньше это были герои, патриоты своей Родины, то теперь это в лучшем случае, герои сериала, вроде «Игры престолов», чей героизм весьма сомнителен и происходит на фоне разврата, насилия и денег. Хотя одновременно с этим, те же американцы дошли до того, что достали почти что из нафталина комиксы про Капитана Америку. Потому что иногда наступает такой период в жизни любого государства, с любым политическим строем, что вдруг появляется нужда в героическом образе. Ведь кто-то должен однажды подняться на защиту этого государства. Например, в той же России в девяностые годы герои прошлого подвергались злостной критике. Но потом в десятые годы уже 21 века, потребовалось патриотическое воспитание подрастающих поколений, и эти же герои были отмыты и извлечены на свет божий. То же - с религией и духовным воспитанием. Но такие перепады не способны принести благодатных плодов, плоды всегда будут червивые. Потому что в реальной жизни всегда будет жить несоответствие между тем, что говорят, тем чему учат, и тем, что творится на самом деле. Нельзя в новый мир, построенный на руинах прежнего, привнести старые идеалы и восприятие этих идеалов. Всегда будет несоответствие. Если уж кто-то

    уничтожил этот мир, то оставьте его собственным его мертвецам. Пусть будет, как в стихах:

     

    «…Где жил и умер человек,

    Навечно призраков хоромы,

    В них выверяют тайный бег,

    Боль потерявшие фантомы.


    Они изгнанники того,

    Что свой закат давно узнало,

    Хоть после них и ничего,

    И не пришло, и не настало…»

    (Даннаис дде Даненн «Эхо прошедшего времени»)

     

    Именно это и предчувствовали художники. Поэтому они и пытались пока было не поздно попытаться вернуть уходящий мир благородства и красоты. Но если в картинах прерафаэлитов видно только это, то в картинах «Мир Искусства» ощущается страх в преддверии грандиозных по своим меркам перемен. Помимо затейливых и кокетливых сценок из жизни, можно встретить достаточно серьёзные полотна, вроде «Эхо прошедшего времени» Константина Сомова и цикл «Городские сны» Мстислава Добужинского. В первом произведении перед зрителем предстаёт соединение реального и фантастического, прошлого и грядущего. Девушка-призрак в пышном голубом платье середины девятнадцатого века будто тень былого посетила старинную усадьбу, в которой некогда жила. От реальной жизни в этой картине только освещенная зелень парка на втором плане, которая как-бы подчёркивает полумрак комнаты, комнаты, которая символизирует собою одновременно и былое, и грядущее. То есть всё, что было и будет, уйдёт во тьму. Кажется, что пройдёт ещё какое-то время и то, что ныне представляет из себя реальную жизнь станет прошлым, а от прошлого в свою очередь не останется ничего. Сама же барышня это – лишь призрак и видение. Но она уже перестала быть чем-то эфемерным, из духа и тени, будто превратившись во вполне осязаемый предмет. Об этом говорит неестественно вывернутая подобно кукле рука, застывшая будто нарисованная улыбка, перекликаясь тем самым с изображением собачки, которая стала материальным изображением вышивки на подушке. То есть эта картина своего рода предупреждение о грядущем дне, когда всё что было духовным в прошлом, обратится в материальное, а после просто прекратит своё существование. Ведь духовное умирает именно тогда, когда перестаёт быть духовным и становится материальным. Быт патриархальной русской усадьбы обречён на вымирание. Он станет таким же ненужным, как героиня этой картины. Лишённый общества живых людей, забывших прежде всего о его духовном значении в судьбе России, он обратится в материальный объект, подверженный тлению и гибели.

     

    Здесь умесно привести в пример ещё две картины Мстислава Добужинского «Домик в Петербурге» и «Городские гримасы». В первой картине явно ощущается противопоставление двух миров: небольшой дворянской усадебки, как воплощения старой феодальной России и нового огромного доходного дома, как образа подступающего нового времени. Старое дворянское гнездо выглядит заброшенным и каким-то несчастным и покинутым, в то время как безликие окна нового здания походят на бойницы, а само оно на глухую стену какого-нибудь бастиона. То есть оно не только окружило и зажало этот крохотный островок - отголосок старины, но и застыло в глухой обороне. Однако лишь пока в обороне, ибо ещё не в силах перейти в наступление, чтобы смять и уничтожить всё на своём пути.

     

    Изображённая на второй картине похоронная процессия на фоне глумливых "гримас" мокрого и унылого города красноречиво говорит сама за себя. На ней будто бы запечатлены похороны старого мира с его строгостью и верностью устоям, проводить который пришёл бедный шарманщик - последний верный сын своего времени. На смену старому миру уже подступает новый - с его кричащими плакатами, беспечными любопытными прохожими, для которых даже похороны это не скорбь, а повод для любопытства, зрелище на которое можно указать пальцем... и всё же каменная и чугунная ограда, на которую опирается шарманщик, указывает на то, что старый мир так просто не похоронить в одночасье, для этого нужно время и иные способы.

     

    Цикл картин Мстислава Добужинского «Городские сны» говорит ещё более красноречиво о грядущем наступлении конца. Взять ту же картину «Поцелуй», на которой изображена обнажённая целующаяся пара, на фоне падающих построек старой России и высоко вздымающихся из клубов фабричного дыма многоэтажных уродливых зданий. Не случайно на одной из падающих построек изображён белый ангел, который пытается ухватиться простёртой рукой за клуб дыма… всё это гибель старого мира в дыму и чаде нового. Гибель духовной культуры и красоты. Обнажённые влюблённые пытаются сохранить своё чувство, но удастся ли им это? Когда духовность и красота навсегда ушли из этого мира, оказавшись погребёнными под многотонными плитами нового, жестокого и уродливого, в которым ,способные на чувства люди, будут обречены на гибель из-за своей наготы и открытости суровой грядущей действительности.

     

    В этой и другой картинах того же цикла художника ощущается крушение человеческой души и цивилизации, раздавленной капиталистическим монстром. Таково было предчувствие художников объединения «Мир Искусства». Они знали и ощущали, что ожидает Россию, а с нею вместе и весь остальной мир. Однако, что мог сделать труд пусть не одного талантливого человека, а нескольких десятков, в борьбе с капиталистическими машинами всё более и более подступающего «прогресса»? Ничего. Красота и талант в таком мире обречены. Вглядитесь в эти картины и прочувствуйте то, что действительно грядёт и что единственное ожидает человечество. От прошлого уже не осталось даже эха…

     

    «...В городе заглохнувшем застывшем,

    Плиты многотонные легли,

    Упокоив то, чего не будет,

    То, что не было, сокрыв вдали...»

    (Даннаис дде Даненн, «Городские сны»)

2

Комментарии

3 комментария
  • Андрей Громадский
    Андрей Громадский26 ноября 2018 г.+1
    После уничтожения нынешней протезно-варварской техногенной цивилизации человечество непременно вернётся к качеству ручного труда при производстве всех ему необходимых бытовых вещей. со временем все вещи станут в той или иной степени произведениями исскуств, которые будут передаваться по наследству потомкам. То же самое с родовым жильём, которое будет строиться на тысячелетия. Формтат не позволяет обсудить ст. по всем пунктам. Ст. +
    • Даннаис дде Даненн
      Даннаис дде Даненн26 ноября 2018 г.
      Благодарю Вас за комментарий! Но я, к сожалению, пребываю в пессимизме по поводу всего окружающего и его перспектив.
  • Андрей Громадский
    Андрей Громадский26 ноября 2018 г.+1
    Вы ещё довольно молоды, поэтому можете запросто избавиться от мрачных настроений. Мало ли что творится во внешнем мире, главное, что творится у Вас внутри, т.е. в Вашем микрокосмосе. Настроение можно и нужно менять усилием своей воли. Настроение - это настрой своего сознания на ту волну, в коей Вы хотите пребывать. Неважно, что мир смердит и разлагает прямо на глазах, лишь бы не разлагался внутренний мир. Пессимизм опасен, ибо он перейдёт в следующую фазу - нигилизм, а там и рукой подать до цинизма, т.е. опасной психболезни т.н. души. Удачи! (к слову, удачу, т.е. энергетическую волну возможностей можно "ухватиь за хвост" только в состоянии просвящённого оптимизма).