Новости партнеров

Самое свежее

Александр Росляков. Судьба Фургала: почему сидеть ему в камере безвылазно Русское зло Игорь Олин. Если Соболь пойдёт на выборы, я за неё проголосую Андрей Медведев. Почему в мигранте надо видеть равноправного человека Эль Мюрид. Ротация в ЕР: как провести перемены, не меняя ничего Александр Росляков. Плохому президенту Интернет мешает: Путин обвинил его во всех грехах
Загрузка...

Сергей Лесков. Фельдфебель и просвещение

  • «Никогда не учись, Буратино, я от этих книжек совсем ослеп», – говорил кот Базилио, предлагая заманчивый маршрут в Страну дураков. Кот Базилио вполне мог бы заседать в Госдуме, где сейчас обсуждаются поправки к закону об образовании применительно к просветительской деятельности. В первом чтении, несмотря на протесты Российской академии наук, проект уже одобрен. И мало шансов, что паническая петиция ученых и популяризаторов науки, собравшая тысячи подписей, помешает победоносному принятию поправок.

    Как в древности плоская Земля лежала на четырех слонах, так и поправок к закону об образовании всего четыре. Однако они ставят под угрозу любую неофициальную просветительскую деятельность, требуя обзавестись лицензией в министерстве. Санкций требуют лекции, конференции, семинары, приглашение иностранных ученых и даже тренеров. Да и каждая книга, ведь слово – это знание, отныне должна получить благословение в министерстве? Реставрация цензуры? Или отрыв от реальностей?

    Нашу эпоху называют информационной, ее бурные потоки возросли тысячекратно, гуляют по сетям, каналам и эфирам. Взять их в гранитные рамки и приструнить? Вредная затея и невозможная, как невозможно остановить весенний ледоход. Но отсутствие конкретики в поправках дает, как это заведено в российском законодательстве, простор для расширительного толкования. Это только кажется, что блог о здоровом образе жизни или искусстве нарезки салатов – дело безобидное. Наступила домохозяйка кому-то на ногу – и статья найдется. По такому алгоритму действует норма, которую в народе называют «Закон о лайках и репостах».

    Или вот грянул COVID, и повсюду с разъяснениями выступают врачи и вирусологи. Теперь за ушко и на солнышко. Любой разговор – это обмен информацией и просветительская деятельность. То есть с умным человеком и поговорить нельзя? Семейное просвещение воспрещается? Какой иностранный ученый заключит с нами контракт, если согласие на него выдано министерством? Это как в гости идти, написав обещание, что не будешь ноги на стол класть и серебряные вилки воровать.

    Абсурд и архаика? Но у депутатов на уме вещь пострашнее – фальсификация истории. И намерение, как сказано в пояснительной записке, воспрепятствовать антироссийским силам «беспрепятственно проводить среди школьников и студентов широкий круг пропагандистских мероприятий». Вице-президент РАН Алексей Хохлов считает, что поправки ставят под угрозу национальные проекты «Наука» и «Образование». Под благими лозунгами рискуем выплеснуть ребеночка и лишить страну импульса к накоплению новых знаний.

     

    Я уверен, чем больше говорим об искажении истории и чем пуще упоение от того, что выводим на чистую воду проклятых фальсификаторов, тем глубже ловушку готовим сами для себя. Просто по той причине, что много сил гробим на полемику и не успеваем двигаться вперед. Учебник истории пишет победитель, а не тот, кто знает выверенные факты. По этой причине многие отказывают истории в праве называться наукой, относя ее к разновидности политической деятельности.

    Благие намерения не могут оправдать непрофессионализм. Надо запретить ложное просветительство в целях разжигания розни? Это строго карается другими законами. Разве Уголовный кодекс не стоит на страже опасных отклонений? Есть и закон о противодействии экстремистской деятельности. Как быть с лицензиями, если согласно свежему закону о РАН, ей в обязанность вменена популяризация науки? Избыточность закона – путь к его превратному толкованию.

    Чиновники желают выписывать санкцию для международных контактов. Их благословение потребуется на закупку библиотеками иностранной литературы, на любые контакты, на лекции и конференции. Воздвигаются бюрократические редуты, а на повестке технологический рывок. Или общество и чиновники видят разные приоритеты и живут на разных планетах? Бегут столетия, но в высоких креслах у нас по-прежнему сидят персонажи, которых ученостью не обморочишь: «Фельдфебеля в Вольтеры дам, он в три шеренги вас построит, а пикните, так мигом успокоит».

    Несколько лет назад мы взахлеб говорили о построении в России экономики знаний, потом об инновациях и модернизации, о технологическом рывке. И каждый раз упираемся в стену. Нет движения. Вздыхаем – и выдумываем новый лозунг, подтверждая наблюдение, что Россия – страна снов и слов, а не реальных дел. Все-таки я не считаю это наблюдение справедливым. Бывали у нас и другие времена. Но почему в СССР, когда высшее образование у номенклатуры было редкостью, люди тянулись к знаниям, а в нынешней России, когда степень МВА у чиновника стало привычным делом, просвещению на всех углах ставятся волчьи капканы?

     

    В СССР царил культ знаний. Диким дефицитом была подписка на научно-популярные журналы «Знание – сила», «Наука и жизнь», «Химия и жизнь», «Наука и религия», «Техника молодежи». А были еще «Юный техник», «Рационализатор и изобретатель», «Моделист-конструктор», всех не упомнишь. А также библиотечка издательства «Знание». Настоящее паломничество вызывали лекции в Политехническом музее, где располагалось общество «Знание», учрежденное в голодный 1947 год по предложению президента АН СССР Сергея Вавилова. Почему то, что в полунищей стране считалось богатством, в эпоху олигархов стало опасным обременением?

    «В Политехнический! По снегу фары шипят яичницей. Милиционеры свистят панически. В Политехнический!» Сегодня редко кто поймет, о чем писал Андрей Вознесенский. Культ знаний в СССР — исполнение несбывшихся мечтаний Робеспьера, который во времена Французской революции безуспешно пытался построить культ богини Разума. В ту эпоху мы неводом гребли Нобелевские премии, первыми сделали массовую прививку от полиомиелита, победили оспу, ушли в космос и не отставали от супостатов по части компьютерной техники. А в свете нашего разговора закономерно, что в ту еще не столь давнюю эпоху никому не приходило в голову фальсифицировать историю и проводить ее обидную для нас ревизию.

    Однажды в Политехническом музее на просветительской лекции о строении Вселенной народу набралось так много, что академик Яков Зельдович не мог добраться до кафедры. Собравшиеся подняли лектора на руки и, передавая друг другу, доставили на сцену. Если бы это случилось сейчас, академика доставили бы прямиком в околоток. Потому как не обзавелся у чиновников лицензией на лекцию. Это в Академии ты академик, а на людях ты без бумажки никто.

    Увы.

23

Комментарии

7 комментариев
  • Сергей Жуков
    Сергей Жуков19 января+1
    Обилие заборов движению может только мешать... Кстати, воспомним пьесу "Ревизор". То место, где городничий говорит, что за чертова страна. Не успеешь забор поставить, как сразу мусору нанесут
  • Михаил Свобода
    Михаил Свобода19 января+4
    Одна из целей нынешней власти - дебилизация населения.
    • Василий Туманов
      Василий Туманов19 января-3+5
      Спасибо автору за статью. Если кретинизм главстерха угрожающе нарастает с каждым годом, население должно быть под стать ему
  • Сергей Бахматов
    Сергей Бахматов19 января+5
    В СССР у людей было желание учиться, поскольку люди устремились в прорыв, который невозможен без качественного образования. Это понимали простые люди и государственные деятели всех рангов. В буржуазной России задача обратная, так как при выбранном направлении в экономике, политике и духовной сфере надо наоборот сдерживать народное просвещение, дабы сохранить нынешний курс. Это понимают простые люди, у которых теперь нет стимула к образованию, понимают и государственные деятели, ответственные за это. В общем и целом, полная идиллия. Всё нормально, шеф! Идём ко дну!
  • Павел  Семёнов
    Павел Семёнов19 января+1
    Зельдовича они передавали на руках потому, что у них Моргенштерна не было.
  • Алексей Уралов
    Алексей Уралов20 января
    господа тысячелетиями как-то обходились без прогресса.