Новости партнеров

Самое свежее

Владимир Поляков. В постель-то затащить нетрудно... Двустишья Александр Росляков. Расея – дуровая зыкь она: Путин сказал в рай – значит, в рай! Эль Мюрид. Штрафные излишества: режим нас скрутит и без них Лариса Казакевич. Место клизмы изменить нельзя Андрей Нальгин. Россия – родина лишних людей Обречённо об обречённых. К трагедии в Кузбассе
Загрузка...

В чём наша болезнь

  • Какое будет будущее России ― светлым или тёмным ― однозначно предсказать невозможно. Можно праздно утешаться мыслью, что завтра будет лучше, чем сегодня. Правда, пока предпосылки несколько туманные, пропадающие за горизонтом.

    Но, слава богу, общество потихоньку просыпается. Просыпается стыд за обезьянничание перед Европой. Просыпается самостоятельное мышление, нравственная обязанность и умственная свобода.

    Придёт время, когда сознание собственной самобытности приведёт беглецов своей Отчизны на свою землю. И это сознание станет и нашим защитником и хранителем. И не будут нам страшны ни явные, ни тайные враги. И Россия скажет народам своё человеческое слово.

    Для скорого приближения светлого будущего следует обратить внимание на наше настоящее. На нашу болезнь, которую мы по-настоящему не лечим, а лишь гримируем от самих себя.

    Первый шаг к выздоровлению ― это верный диагноз, каким бы страшным он ни был. Нам необходимо осознание своей болезни. Осознание своей лжи, способной привести в отчаяние некрепкого духом человека.

    Болезнь наша ― это жалкое раболепие перед Западом. Свои силы мы тратим на поддержку внешних, чуждых нам сил и форм. Это жалкий удел.

    Изначально Россия шла своим путём. Особенности и ошибки Европы были ей неприемлемы. Но случился переворот в сторону Запада.

    Путём ужаса и разврата была принята чужая жизнь. Великая страна, отринув собственный путь, стала подражательницей. Страна, не знавшая поражений, попала в нравственный плен. Мы должны признаться в этом, хотя многие этого не замечают.

    Преобразованные "новые русские" постарались забыть прошлых героев и современников. Между ними и "старыми русскими" пролегла пропасть. Простой народ, лишённый истории и участия в общей жизни, стал пленным в собственной стране.

    Перед ним стоит соблазнительная картина жизни нового общества, живущих и думающих по-европейски. Ужасно то, что к этим преобразованным классам стараются примкнуть толпы народа, стремительно забывающих свою историю, культуру, быт.

    Народ в своей массе ещё сопротивляется и старается сохранять свою самобытность. "Новые русские", удобно расположившись на народных спинах, беззастенчиво наслаждаются жизненными благами и повторением чужих мыслей. И выше заимствованного обезьянства их ум подняться не может.

    Они могут стучать кулаком в грудь, башмаком по трибуне, танцевать "Калинку" и даже "Ламбаду", но этими танцами и другими выкрутасами, как раз и подчёркивают своё раболепие. Им кажется, что они лихие ребята, а на самом деле демонстрируют пошлость и слабость. Нельзя одновременно показывать кукиш и скорбеть по развалинам милого и дорогого района Нью-Йорка.

    Чему и кому мы раболепно служим всеми своими силами?

    Можно сказать, что служим Западу. И это будет верно. Но правильнее и точнее ― мы служим западной лжи. Из-за такого положения на нас лежит двойное ярмо: во-первых, мы подражаем, т.е. живём чужим умом; во-вторых, чему мы так старательно подражаем, есть ложь и зло.

    Мы старательно скопировали и перенесли в Россию западное направление, что даёт право говорить о себе, как о европейцах. И, разумеется, общество разделяет все состояния и болезни Запада. Разница лишь в том, что они у нас бестелесные и витают в воздухе, потому что лишены важности и исторического значения. Мы подражатели и паяцы.

    Ярким примером служит наша светская жизнь, которая полностью повторяет чужие мысли, наряды, привычки и манеры. Правда, случаются, что взбрыкивают, начинают говорить о своём особом пути. Но это не более, чем слова на потребу публики. Пустое, лживое желание выделиться из болота. Типа, мне летать охота.

    Такая вот грустная картина нашей образованной жизни.

    Человек есть животное общественное. Но у него есть и личная жизнь, отражающаяся на общественной жизни. Скажем, отрицательные черты человека― это личные отрицательные черты и личное состояние человека. Но эти личные черты обязательно станут проявляться и в общественной жизни.

    Основа человека - его общественная жизнь, так как в ней проявляется не личная его сила или слабость, а его дух, во что человек верит. Если угодно, его моральный кодекс. То есть, можно говорить о человеке как о личности и как обществе.

    Если человек ошибается как личность, он становится грешником. А, ошибаясь, как общество, становится еретиком.

    Общество есть нравственное исповедание личности, за что он может быть судим. И тут уже нет вопроса о личной слабости.

    Ослабление этого общественного начала, эта личная вольница и довело до нынешней болезни.

6