Новости партнеров

Самое свежее

Александр Росляков. Как веселые советские ребята превратились в кислых деклассированных стариков Андрей Нальгин. Об уходе Путина Игорь Олин. Несанкционированный митинг снеговиков остался безнаказанным Рашкин сулит скорый подъем пенсионного возраста до 70 лет – неужто впрямь? Блины, блин! Александр Росляков. Вся власть – кощея!
Загрузка...

Программисты в современной экономке – пролетарии или нахлебники?

  • Известный в левых кругах профессор Михаил Попов однозначно отнёс программистов (IT-шников) к слою интеллигенции, заявив: "Сначала буржуазия отнимает прибавочную стоимость у рабочих, а потом даёт айтишникам, экономистам, философам, психологам и прочим… соратникам и прихлебателям буржуазии..."

    То есть программисты не являются производителями, а проедают тот прибавочный продукт, который изъяли буржуа у рабочих, занятых в производстве материальных благ. Я с этим в корне не согласен.

    Российская Федерация получает основной доход от продажи энергоресурсов. С одной стороны, рабочие не производят непосредственно ту нефть, что на государственной границе крутит счётчик, согласно показаниям которого в нашу страну поступает иностранная валюта. С другой стороны, безусловно, без труда рабочих, добывающих нефть, тех деньги мы не увидели бы.

    Получается, что тезис о первичности материального физического продукта, произведённого рабочим, применительно к России не является до конца понятным и требует уточнения: нефть рабочие своими руками всё-таки не вытачивают, а деньги в бюджете – вот они!

    Какую параллель можно здесь привести с миром программирования? Одна из основ IT-мира – это интернет-поисковики и крупные социальные сети: Google, Facebook, Яндекс, Вконтакте и т.п. Они основаны на поиске и обработки данных. В мире миллионы сайтов и миллиарды людей, производящих ту или иную информацию (нефть). Её надо уметь найти (геология), отранжировать и связать с соседними пластами информации (добыча). Нужным образом обработать и выдать в удобном виде потребителю (трубопроводы).

    Единственное отличие в бизнес-модели – платят тут не потребители информации (хотя порой и они тоже: платные книги, подписки и т.д.), а рекламодатели, которые получают площадку для доступа к публике.

     

    Во времена Маркса промышленные рабочие, пролетариат, делали законченный продукт, товар, который затем продавался на рынке. Будь то плуг, чугунная заготовка или даже целый корабль – они были сделаны руками наёмных рабочих и инженеров.

    Посмотрим на многие современные виды продукции, как выпускавшиеся ранее (станки, локомотивы, простые кирпичи), так и те, о которых во времена Маркса нельзя было и подумать (личные гаджеты, самолёты, телевидение или развлекательные сайты в Интернете). Многие из этих товаров не являются полноценными без сопровождения того или иного программного обеспечения.

    Мобильный телефон, не наполненный сонмом всяких программ, может выступать разве что в качестве фонарика. Но программы, созданные трудом айтишников, не только вдыхают жизнь в товары, имеющие физическое исполнение, но и сами по себе являются товаром, удовлетворяющими конкретные потребности людей, имеющими потребительную стоимость. Самый простой пример – интернет-сайт, на котором может быть размещена эта и другие статьи. Да, сайт нельзя съесть или потрогать руками, это лишь набор изменений состояния электромагнитного поля, регистрируемый специальными устройствами для ввода-вывода информации. Тем не менее Интернет и его производные давно стали насущной потребностью многих людей.

    Некоторые хитрецы говорят: если на Земле отрубят электричество, что вам будет нужнее – ваш недоступный Интернет или булка хлеба? Далее делается вывод о каких-то "настоящих" потребностях человека, вроде еды, сна и тепла, и "ненастоящих", которые являются следствием "морального разложения" представителей "общества потребления".

    Безусловно, люди не могут обходиться без элементарного набора калорий. Однако рассуждающие в подобном духе квази-марксисты на деле сводят человека до уровня животного, целью которого является простое выживание. Но человек именно тем отличается от животного, что постоянно, всю историю своего существования, преобразует природу вокруг себя. Простая памятка для школьников "Труд сделал из обезьяны человека" даёт нам ключ к пониманию человеческих потребностей.

    Человеку нужно хорошее кино. От того, что контроль над кинопроизводством временно захватили хищные корпорации, никак не следует, что потребность смотреть интересные красивые истории является искусственной. Так же с интернет-сайтами: когда есть свободное время, люди испытывают потребность читать интересные статьи и участвовать в обсуждении.

    Очевидно, мы пришли к заключению, что айтишники всё-таки производят конкретный товар, работая на капиталистических предприятиях в рамках товарного производства. Их труд имеет рыночную стоимость и так же отчуждается, как труд сталеваров и плотников.

     

    Айтишник, как и любой другой пролетарий, продаёт свою способность к труду на рынке. Мало того, этот рынок ввиду характера труда и открытости границ зачастую является глобальным, и целые коллективы айтишников находятся в прямой конкуренции со своими коллегами из других стран. Что часто приводит к сверхэксплуатации работающих в IT-сфере: это не только обязательство быть "он-лайн 24/7", то есть по сути отказ от полноценного отдыха, но и необходимость всегда учиться новым технологиями, дабы не проиграть в конкурентной гонке. Зачастую такое обучение производится в своё свободное время и за свой счёт.

    И, говорить, что айтишники парят в мире идей и кормятся с рук буржуа, не производя ничего полезного, будет явной неправдой. Возможно, кто-то из них и хотел бы стать "соратником и прихлебателем" буржуазии. Но такое превращение возможно лишь через обыкновенный для капиталистических рынков риск: уйти в предприниматели, создать свой стартап в надежде, что однажды он выстрелит. Сейчас это модное явление даже поддерживается самой буржуазией, но с понятной целью: вывести на свет таланты, которые могут изобрести для корпораций новые конкурентные преимущества, и за счёт соблазнительной цели заставить их работать в режиме высочайшей самоэксплуатации.

     

    Опора иных марксистов на "настоящих рабочих", делающих физический продукт – есть опора на всё более редеющую группу в пролетариате.

    В труде каждого конкретного программиста со временем растёт доля всеобщего труда. Так любой айтишник постоянно пользуется интернет-справочниками, обмениваясь примерами своих решений тех или иных конкретных проблем, создавая тем самым общую базу знаний специалистов своего цеха. Безусловно, такая деятельность является самым настоящим трудом, то есть деятельностью по преобразованию материальной природы, однако не является ни индивидуальным, ни коллективным трудом. Простыми словами, люди расходуют своё время и силы на улучшение положения людей своей профессии и, шире, всего общества.

    Более явным примером будущего коммунистического общества в среде айтишников является движение за Свободное программное обеспечение. Специалисты выпускают программное обеспечение для его свободного использования, а также дальнейшего улучшения исходного кода программ совместными усилиями. Сегодня множество людей ведут свои личные проекты на площадках вроде GitHub, их коллеги со всех концов мира помогают им, предлагая те или иные правки. Это важный опыт социального взаимодействия между индивидами, которые как данность принимают работу на всеобщее благо, а возможное продвижение по службе лишь как возможный бонус.

    Конечно, программисты имеют время и силы для такого рода деятельности, потому что в целом получают более высокие зарплаты, чем другие представители пролетариата. Но и высококвалифицированные рабочие в ленинское время тоже были передовым классом именно потому, что находились на острие технического прогресса. К тому же активной деятельности на благо социума способствовала их относительная сытость.

    Даже если бы айтишники захотели стать "прихлебателями буржуазии", бороться за более жирный кусок со стола, это вряд ли получилось бы именно в силу характера средств труда. Технологии в IT-мире развиваются очень стремительно, необходимым залогом профессионального успеха является обмен информацией со своими коллегами.

     

    И последним, что стоит отметить: при особом характере производства IT-продукта программист затрачивает в основном свою психическую энергию, которая не может быть поставлена под полный контроль работодателя. Если "классический" рабочий у станка производит только то, что задано работодателем, то программист, обдумывая решение производственной задачи, может заодно обдумывать решение схожей задачи, связанной с развитием его собственного проекта.

    Как видим, сам передовой характер средств производства в IT-мире толкает его представителей в светлое коммунистическое завтра. И только явное пренебрежение к ним со стороны "классических коммунистов", то ли из-за некоторой зависти к уровню их зарплат, то ли из-за непонимания характера труда айтишников, мешает увидеть реальные перспективы взаимодействия с широкими слоями современного пролетариата, со всеми профессиональными группами.

    Если же взглянуть в мир наёмного труда помимо IT, то следует с сожалением признать: сейчас рабочие производственных предприятий, заводов далеко не всегда являются наиболее сознательной частью пролетариата. В наших российских условиях это объясняется тем, что на предприятиях относительно других отраслей весьма маленькие зарплаты и люди с образованием и амбициям идут в офисные специальности. Многие производства в России выживают по большей части за счёт дешевизны труда и энергоресурсов, новые технологии внедряются медленно.

    Таким образом в современной российской промышленности зачастую не нужны люди с высоким образованием, охотно приглашаются малообразованные мигранты. Текущее положение в передовых отраслях (космос, авиация, ВПК) иногда держится только на знаниях работающих ещё с советских времён пенсионеров, которых трудно заподозрить в пассионарности, когда дело касается переустройства общества. Во всяком случае в ленинские времена положение профессионального рабочего было более высоким.

    Другой особенностью является то, что в крупных городах предприятия закрываются, а в моногородах рабочие слишком боятся потерять работу – другой ведь нет! – и поэтому более склонны к соглашательству с администрацией. Рабочие не могут явить себя в качестве самостоятельной силы, объединённой в профсоюз или стачечный комитет…

    Вообще в России число занятых в производстве людей снижается, и потому называть передовой постоянно убывающую в количестве страту было бы немного странно. Тем более – вычёркивать из числа пролетариата айтишников и представителей других офисных специальностей. Как и отказывать наиболее современному, продвинутому, часто хорошо образованному подклассу людей наёмного труда в возможности стать передовым классом в борьбе за общее дело.

     

    botya

6

Комментарии

4 комментария
  • Сергей Можаровский
    Сергей Можаровский21 декабря 2017 г.
    Вроде всё правильно, но лично для меня никакого откровения тут нет.
  • Козьма Прутков
    Козьма Прутков21 декабря 2017 г.+2
    Не очень понятно для чего нужны какие-либо ярлыки. Абстрагирование реальности в повторяющихся процессах позволяет ограничить бесконечность и тем организовать, оптимизировать трудозатраты и интенсифицировать деятельность, а потому безусловно необходимо на этапе осознания специфики творчества. А всё, что не является роскошью, является народным творчеством, а потому не менее значимо, чем любой другой труд непосредственно связанный с производством какого-либо продукта. Скорее даже наоборот, организация труда позволяет самому этому труду не рассыпаться под неподъёмным весом тяжести условий, а последовательно оградить от любого рода чрезмерных усилий. А потому является системообразующим и даже первичным относительного любой низкоквалифицированной деятельности.
  • Рососвет Солнечный
    Рососвет Солнечный22 декабря 2017 г.
    Программисты делятся на бедных и богатых как и все.
  • В.П. Смирнов
    В.П. Смирнов22 декабря 2017 г.
    Капиталист держит программиста на коротком поводке. Программист получает большие деньги за 1 (один) экземпляр программы, который капиталист присваивает себе. Капиталист продаёт миллионы экземпляров программы, оставляя доход себе. Поэтому средняя продолжительность работы программиста в Гугл и Микрософт составляет 2–2,5 года. Хорошее свободное ПО программист пишет в основном для саморекламы, чтобы капиталист знал, кого надо нанимать. Пусть нефтяник добудет 1 бочку нефти, а Медведев с Путиным будут её продавать целый год в разные страны. Получится? Программист, пишущий программы, как, например, и писатель или художник, является представителем мелких лавочников. В области ИТ есть и множество обычных наёмных работников.