Новости партнеров

Самое свежее

«Слуга народа» в либеральном мире – это прямой путь в пещеру А я в Россию, я домой хочу! Но хочет ли тебя Россия? Миф либеральный о спасительной кубышке Примирение – это признание истории, а не ревизия и не реванш Михаил Хазин. Ювенальная юстиция – орудие глубокого бурения под наше общество Александр Проханов. Русская бездна
Loading...
Loading...
Загрузка...

Путеводная звезда Горбачёва. Часть 2

  • Тем временем, Горбачёв всё теснее сближался с Западом. Ещё будучи Генеральным секретарём ЦК КПСС,  Михаил Сергеевич начал налаживать дружественные отношения с руководством США. В течение шести лет Горбачёв встретился пять раз с Рейганом, шесть раз - с Джорджем Бушем-старшим. Об интересных фактах внешней политики руководства СССР того времени рассказал Игорь Гиоргадзе, бывший  глава КГБ Грузии: «Когда Шеварднадзе пришел в Москву, его встречали с распростертыми объятиями во всем мире за его «новое мышление» во внешней политике. Про эту «новизну» — только один факт. Шеварднадзе и Горбачев впрямую торговались с канцлером ФРГ Колем, на каких условиях СССР должен вывести войска из Германии. Коль приехал подготовленный: мы согласны дать в качестве отступного 160 миллиардов марок. Горбачев взял тайм-аут, вышел с Шеварднадзе, они посовещались, вернулись и сказали: «Мы согласны на 14 миллиардов долларов». 

    В 1990 году был заключён договор «Бейкера-Шеварднадзе» о передаче США части морского пространства Берингова пролива, принадлежащего СССР. Между прочим, в этом пространстве имеются большие рыбные запасы, а также газ и нефтяные залежи. Не дожидаясь ратификации договора с Советским Союзом, американцы направили в эту зону своих пограничников. Договор с Россией не ратифицирован до сих пор, но США пользуется этим участком и ловит там, возможно, не только рыбу. 

    В 2002 году Счетная палата РФ провела проверку воздействия Соглашения на рыбопромысловую отрасль России. Результаты проверки говорят сами за себя: «За период действия советско-американского Соглашения о линии разграничения в Беринговом море (1991—2002 года) потери России составили 1,6–1,9 миллионов тонн рыбы, что эквивалентно 1,8–2,2 миллиардов  долларов США». 

    1-го июля 1991 года по инициативе Горбачёва и при активном участии его друга Шеварднадзе прекратил существование Варшавский Договор, который являлся своеобразным щитом от возможных посягательств НАТО.  4-го июля 1991 года по случаю Дня независимости США Горбачёв отправил Джорджу Бушу-старшему поздравительную телеграмму. В ней была написана пророческая фраза: «советско-американское сотрудничество вступает сейчас в очень ответственный этап». 

    Результаты подобной политики очевидны. Советский Союз развалился, а Соединённые Штаты Америки получили возможность безнаказанно бомбить государства, навязывая им таким своеобразным способом свою демократию. 

    Деяния Горбачёва в области внешней политики высоко оценены Западом. Журнал «Тайм» избрал Горбачева «человеком десятилетия» в 1989 году, а Ричард Никсон назвал его «человеком века». В 1990 году Михаилу Горбачёву была присуждена Нобелевская премия мира. 

    17-го июля 1991 года Горбачёв получил приглашение в Лондон для участия в неофициальной части совещания глав государств и правительств «семерки». Здесь произошла запланированная встреча Горбачёва с Президентом США. На прощанье Джордж Буш назначил свидание Михаилу Сергеевичу в Москве. Повышенный интерес бывшего директора ЦРУ к слабеющему день ото дня государству был очевиден, Джордж Буш прибыл в Москву в назначенный срок 29-го июля. Советская пресса сообщила всего лишь о намерении президентов двух стран подписать очередной договор по разоружению, но в интервью перед вылетом из Вашингтона Буш-старший подчеркнул, что «это не будет встреча в верхах по контролю над вооружениями». Президент США отметил, что его волнует «проблема Прибалтики, вопрос о советских расходах на оборону и помощь СССР другим странам». 30 июля Джордж Буш обстоятельно наедине поговорил сначала с Горбачёвым, потом с Ельциным, а на следующий день отправился в Ново-Огарево, где происходила разработка нового Союзного договора. На собеседование к Бушу был допущен президент Казахстана Назарбаев. После встречи с американским гостем все разногласия по составлению договора исчезли. Горбачёв, Ельцин и Назарбаев объявили о своей готовности подписать договор 20 августа, за что получили публичную похвалу от Джорджа Буша. Удовлетворённый Буш улетел в Киев для общения с Кравчуком. 

    Ещё в апреле 1991 года на партийной конференции аппарата и войск КГБ СССР член ПБ, Секретарь ЦК Олег Шенин так охарактеризовал положение страны в то смутное время: «Если посмотреть, как у нас внешние сионистские центры и сионистские центры Советского Союза сейчас мощно поддерживают некоторые категории и некоторые политические силы, если бы это можно было показать и обнародовать, то многие начали бы понимать, кто такой Борис Николаевич и иже с ним».

    Жаль, что эту информацию не открыли народу, может быть, тогда не произошёл бы насильственный захват власти преступной группировкой так называемых демократов, а вернее сказать, дерьмократов.  

    «Я без введения режима чрезвычайного положения не вижу нашего дальнейшего развития, не вижу возможности политической стабилизации и стабилизации экономики» - заключил Шенин. 

    Чтобы предотвратить распад страны и восстановить законность 28 марта 1991 года на совещании у Горбачёва был создан Государственный комитет по чрезвычайному положению (ГКЧП). Об этом факте сообщил последний председатель Верховного Совета СССР Анатолий Лукьянов в интервью российским СМИ. Бывший Вице президент СССР Геннадий Янаев подтвердил, что документы комитета были разработаны по поручению президента страны, то есть Горбачёва. Членами ГКЧП стали представители высшего руководства страны.

    Несмотря на растущее напряжение в стране, Михаил Горбачёв собрался на отдых в Форос, в свою летнюю резиденцию в Крыму. Второго августа, накануне отправления в отпуск, он выступил по центральному телевидению и сообщил на всю страну, что «Договор открыт для подписания с 20 августа нынешнего года». Как обычно, сообщение Президента было туманным и не содержало никаких конкретных сведений.

    За пять дней до подписания важного документа, газета «Московские новости» опубликовала полный текст договора. «Общественное обсуждение документа, определяющего судьбу миллионов людей, должно начаться как можно раньше», - высказала своё мнение редакция газеты. Подписание Союзного договора означало ликвидацию СССР и образование нового конфедеративного государства - Союза Советских Суверенных Республик. Новый договор собирались подписать Россия, Казахстан и Узбекистан. Белоруссия и Таджикистан колебались. Украина, Туркмения, Азербайджан и Киргизия обещали принять решение осенью 1991 года. Литва, Латвия, Эстония, Армения, Молдавия и Грузия вообще отказались входить в состав новой федерации.

    На следующий день документ был опубликован во всех центральных газетах. По сути дела, сам факт подписания такого документа явился бы нарушением действующей Конституции. Если народ проголосовал за сохранение общего государства, какие ещё преобразования нужны были в структуре СССР? 

    Информация о готовящемся подписании «Договора о Союзе Суверенных государств» в изменённой редакции обеспокоила руководство Советского Союза. 17 августа 1991 года состоялось секретное заседание членов ГКЧП, было принято решение, направить в Форос делегацию, уговорить Горбачёва не подписывать документ и ввести в стране чрезвычайное положение. 

    По-разному рассказывают о происшедших событиях главные действующие лица. Горбачёв заявил о своей изоляции в Форосе и насильственном отстранении от власти. В другом ракурсе рассказали о своей  встрече с Горбачёвым члены делегации от ГКЧП:

    «Принимать нас не спешили. Мы прошли в холл дачи и стали ждать. Минут через 10 - 15 появился Горбачев. Выглядел он болезненно, передвигался с трудом, на лице, багровом не столько от загара, сколько, видимо, от повышенного давления, выражалось чувство боли и недовольства. Он быстро со всеми поздоровался за руку и с гневом спросил, ни к кому не обращаясь: «Что случилось? Почему без предупреждения? Почему не работают телефоны?» «Мы приехали, чтобы обсудить ряд вопросов о положении в стране», - начал О.С. Шенин. «Кого вы представляете, от чьего имени говорите?» - прервал Горбачев. Такой реакции вряд ли кто мог ожидать, когда вчера обговаривалась тема доклада президенту. Разговор не складывался... Горбачеву были предложены разные варианты, которые готовились по его же поручению на случай критического состояния дел. Президент неожиданно спросил, распространяются ли меры чрезвычайного положения на действия российского руководства. Услышав утвердительный ответ, он успокоился... Дальше пошел спокойный и деловой разговор. Михаил Сергеевич деловито говорил о том, как нужно решать предлагаемые вопросы, пояснял, почему он занимает такую позицию... Пожимая на прощание руки, добавляет: «Черт с вами, действуйте». В холле сидит Раиса Максимовна с детьми и внучками. «С хорошей ли вестью вы приехали», - спрашивает она Бакланова. Он подходит и говорит, что приехали с добрыми намерениями и все будет хорошо». 

    Позже члены делегации вспомнили, как Горбачев, прощаясь, пожал им руки.

    Нейтральная позиция Горбачёва привела членов ГКЧП в замешательство, но, в конце концов, они решились 19-го августа объявить Чрезвычайное Положение в стране. Вице Президент Геннадий Янаев подписал Указ о своём временном исполнении обязанностей Президента СССР, в связи с болезнью Горбачёва, и Указ о введении в стране чрезвычайного положения. От имени ГКЧП было всенародно объявлено, что «развитие страны не может строиться на падении жизненного уровня населения». Из уст членов Чрезвычайного Комитета прозвучало обещание решить основные экономические проблемы и навести порядок в стране. В Москву были даже введены войска, но план ГКЧП провалился из-за нерешительности и несогласованности в действиях главных участников. Вместо того чтобы демонстрировать по телевидению «Лебединое озеро», и пресс-конференцию членов ГКЧП с трясущимися руками, надо было руководству страны сообщить народу правду о готовившимся развале страны и арестовать виновных. В результате провалившейся операции, главные преступники остались на свободе, и взяли инициативу в свои руки. 

    В 15 часов на первом канале Центрального телевидения в программе «Время» показали неожиданный сюжет, о котором позже рассказал известный журналист Евгений Киселёв: «Я тогда работал в «Вестях». Сидим, смотрим первый канал (…)И появляется в кадре диктор, и вдруг начинает читать сообщения информационных агентств: президент Буш осуждает путчистов, премьер-министр Великобритании Джон Мейджор осуждает, мировая общественность возмущена — и под занавес: Ельцин объявил ГКЧП вне закона, прокурор России, тогда был Степанков, возбуждает уголовное дело. Мы в шоке. И я представляю себе, как много людей, и в том числе участников событий, которые ловили в тот момент малейший намек на то, в какую сторону качнулась ситуация, побежали в Белый дом к Ельцину расписываться в верности и лояльности».  

    В такой сложный момент народу трудно было разобраться, кто свой, кто чужой. Многолетнее руководство КПСС не принесло обещанного коммунизма, а забравшийся на танк Борис Ельцин обещал свободу и всеобщее благоденствие в ближайшее время. 

    21-го августа на сессии Верховного совета РСФСР было принято заявление, осуждающее ГКЧП. В Крымскую резиденцию к Горбачёву прибыли две делегации: одна от руководства РСФСР, другая от ГКЧП. Вторую делегацию Михаил Сергеевич не принял. Он тут же по телефону связался с Москвой, отменил все распоряжения ГКЧП и отстранил его членов от занимаемых должностей.

    Первую делегацию представлял Вице-президент РСФСР А.В. Руцкой и премьер-министр И.С. Силаев, с ними Горбачёв вернулся в Москву. 

    На следующий день начался процесс расправы над членами ГКЧП. Большинство из них было арестовано, но до суда дело не дошло. Все они через три года были амнистированы. Скорей всего, демократы боялись судебного процесса, который обернётся против них. Ведь все участники ГКЧП занимали высшие посты и пытались защитить свою страну от разрушения. 

    Тут же последовала серия загадочных суицидов членов ГКЧП и их активных сторонников, которых ещё не успели арестовать. Первыми самоубийцами стали Министр внутренних дел СССР Б.К. Пуго и его жена. Удивляет отношение действующей власти к телам погибших, их не разрешили хоронить без кремации. Сын Пуго с горечью вспоминал, что в течение шести месяцев урна с прахом родителей находилась у него дома, так как он не мог добиться разрешения похоронить их ни на одном кладбище. 

    24 августа в СМИ было опубликовано сообщение о том, что  Маршал С.Ф. Ахромеев повесился на шпагате в собственном кабинете. Ну, не сообразил боевой генерал, как достойно закончить свою земную жизнь. В интервью газете «Совершенно секретно» вдова Ахромеева подчеркнула: «Сергей Федорович понимал, что политика  Горбачева  приведет к развалу Варшавского Договора, всей системы безопасности в Европе, участие в создании которой он считал делом своей жизни, если хотите. Он  говорил:  «Моей  жизни хватит только чтобы разрушить то, что мы 50 лет создавали, заново  построить я уже не смогу». 

    Ранним утром 26 августа выпал с балкона своей квартиры и смертельно разбился управляющий делами ЦК КПСС Н.Е. Кручина. Та же участь постигла его предшественника Георгия Павлова. Он совершил смертельный прыжок из окна своей квартиры 6-го октября.

1