Новости партнеров

Самое свежее

Экономика счастья – это экономика роста. Застой – война всех против всех Он вам не бюджет: Россия бьет рекорды по воровству казенных денег Захар Прилепин. Страна стала на коммунистический путь исправления. Почему власть отстает? Как уживаются Бог и мамона под одной крышей храма? Под видом борьбы с матом создаётся новый механизм вторжения в семью Александр Русин. Гитлер шел к нам, чтобы освободить нас от коммунистов. Доделали это другие…
Loading...
Loading...
Загрузка...

ЧТО ПОГУБИЛО СОЦИАЛИЗМ?...начало...

  • Что погубило социализм?

    Ник.Чарус
    -А, действительно, что погубило социализм, как учение, как экономику, как политическую систему и Советский Союз, вроде как почти национальное русское государство-наследник Великой России?

    Отвечать на эти вопросы невероятно сложно. И не ответить на них нельзя, ибо дальнейшее развитие мирового сообщества на основе полуфашистского олигархизма и планетарного гегемонизма только одной, пусть самой богатой и как бы демократической страны не возможно. Моносистемы в ботанике, биологии и зоологии крайне неустойчивы и подвержены эпидемиям и психозам. Их губит невозможность реагировать на изменение среды по частям и, соответственно, по частям приспосабливаться к этим изменениям. 

    А человек-есть существо биологическое! И упорные слухи о божественном или инопланетном происхождении человека сути не меняют. Человек по внешнему и внутреннему строению похож на всех теплокровных животных, кроме китов и дельфинов. А по внешнему строению очень похож на обезьян, лемуров и медведей. Поэтому все лекарства для человека отрабатываются на обезьянах, собаках, свиньях, медведях и лошадях.

    И, совершенно очевидно, что знать любой страны имеет свойство «зажираться», укрывшись в правовом коконе и совершенно теряет связь с подлинной обстановкой в стране и её текущими изменениями. Пример, когда наши «кремлёвские старцы» потеряли связь с реальностью и отказавшись изучать ими же созданное общество научно-технического прогресса с повальным преобладание мещан и горожан над крестьянством и рабочим классом, бесплодно пытались втиснуть новое общество в старые формы и штампы и в итоге потеряли власть с полным развалом страны. Отсюда вывод, что также сгнить до полного неприятия и непонимания действительности может и одна страна, взявшая на себя обязанности гегемона, похоронив своим гниением всю планету. 

    Поэтому настойчивое желание российского президента Путина строить многополярный мир основано не на прихоти, а на глубоком научном знании природы и психики, как отдельного человека, так целых национально-государственных сообществ.

    Именно опасность загнивания знати, как планетарной, так и национально-государственной подвигла автора данной работы рассмотреть трагедию социалистического общества с разных сторон и по возможности нелицеприятно.

    Итак, социалистическое учение, начатое великими гуманистами прошлого в качестве утопии, было переработано Марксом и Энгельсом в научную теорию после германской и французской революций 1848 и 1872 годов. В основе их для того времени действительно научной теории лежал ошибочный взгляд на прочный интернационализм и мощную революционность европейского пролетариата и его усиление, в условиях социал-демократического общества, до класса, способного вырвать власть у патологически антигуманной, зацикленной на сверхприбылях,  жадной буржуазии путём мировой социалистической революции. 

    Отсюда ясно, что если определять пролетариат, как сообщество людей с наследственной необходимостью работать по найму, почти без личной собственности, и занятых в основном одномерным физическим трудом каменщика, плотника, токаря, клепальщика, и прочим, то его уничтожила сама…  
    пролетарская революция 1917-59 годов, произошедшая исключительно в сельскохозяйственных странах с общинным сельским населением и минимумом пролетариата (Россия-Китай-Восточная Европа-Куба-антиколониальные страны соцориентации), 
    а также…
     вызванный этой революцией, ажиотажный сверхскоростной научно-технический прогресс, основанный на страхе колониальных и неоколониальных европейских стран перед привлекательностью и быстрым развитием социализма. То есть общество менялось быстрее, чем человеческое сознание успевало к нему приспособиться. И поэтому страх капиталистов только нарастал.

    Под воздействием этого страха капитализм вынужденно склонился к видимости социал-демократии на материальной базе эксплуатации неоколоний и создания в них мощной продажной компрадорской буржуазии. Именно она послужила основой прозрачной для иностранного влияния и денег «демократии кошельков», причём преимущественно воровской и казнокрадской. 

    Капитализм также постарался размыть наследственный рабочий класс и наследственное крестьянство на крайне подвижные аморфные сословия посредством распределения акций предприятий среди постоянных работников и повышенной сверхтекучестью сословий. В итоге в семье рабочего, получающего акции, жена владела магазином, дочь работала бухгалтером и уборщицей у матери, а сыновья служили в полиции или работали в частном автосервисе, имея в нём свой долевой капитал. 

    И эта нарастающая сословно-классовая аморфность прежде монолитных классов сопровождалась ещё и национальным размывом знати, как капиталистической, так политической и научной, превращая её в космополитов-полукровков на подобие американской, где многовековое смешение европейцев с евреями, неграми, мексиканцами, мулатами и креолами стало просто притчей во языцех.

    Чуть медленнее, но те же процессы размыва классов произошли и в соцстранах, объективно, просто под воздействием НТР, которая увеличила мещанскую прослойку и иждивенцев во всех классах. Автоматизация и роботизация напористо выводили людей из сферы производства в сферы торговли и обслуживания, науки и здравоохранения, образования и т.п., соответственно, их мировоззрение менялось с трудового на индивидуалистское, ремесленно-мещанское. «На восток езжай, сынок!-предлагает папа. Не хочу я на восток-я хочу на запад!»-смеялись сатирики семидесятых. 

    А вот политикам надо было плакать! А ещё лучше принимать меры по расширению производства отечественных автомобилей, строительству дорог, дач и квартир и закупке ширпотреба на нефтедоллары, временно приостановив гонку вооружений на основе уже достигнутого ядерного паритета. А в сфере идеологии переходить на взвешенную и грамотную национально-государственную евразийскую пропаганду вместо исчезающего, как призрак, интернационализма вместе с евреями,  демонстративно ушедшими в космополитический капинтернационал.

    В конечном  итоге, благодаря НТР к 80-90-м годам 20-го века в одной семье оказались дед-фермер, его жена-продавщица, их сын-офицер, жена сына-владелица ателье, внук-заводской слесарь и студент института и внучка-медсестра, но пытающаяся стать студенткой мединститута. А если к этой асоциальной семье-ячейке общества добавить вероятность получения стариками акций завода или рудника, на котором они работали до пенсии, то размыв классовой идеологии к концу 90-х годов становился полным. Принадлежность к классу перестала быть наследственным понятием!

    Именно эти процессы и привели к появлению национал-сепаратистов Израиля  1948 года (почти 50% населения туда переехало из России и Украины) и других национальных республик СССР, для которых слабая Россия стала крайне желательна, ради торговли своим сырьём с Европой напрямую. И разнообразные «шеварднадзе» в этом направлении настойчиво работали, вкупе с другими доморощенными «космополитами». 

    Именно поэтому еврейский пролетарский интернационал приказал долго жить. Он в полном составе откочевал в распоряжение американских космополитов. Ну, а русское большинство России-СССР просто устало от непомерной ноши. То есть планета была в качестве точки опоры, но рычаг марксизма-ленинизма сильно усох, а сам русский Архимед надорвался от непосильной работы и скудного пропитания.

    Но, если марксизм в долгосрочном плане был ошибочен, то в чём же заслуга Ленина перед Россией и её народами? 

    Если отбросить политические партийные шоры, которые обязательно носят социальный характер, а рассмотреть  данный вопрос с позиции русского государственника, не обращая внимания на визги тех личностей, для которых слабая Россия является самоцелью, (например, заявление Егора Гайдара после отставки с поста премьера,  будто он полагал, что будет управлять маленькой и слабой страной!), то мы увидим следующее.  Правая диктатура не удалась. Корниловский мятеж провалился в августе 1917 года явно потому, что правительство Керенского вооружило Красную гвардию, пойдя на союз с левыми социал-демократами против правых и в итоге большевистские агитаторы переговорили офицеров и генералов даже в в верных царю и отечеству воинских частях. Именно… переговорили! 

    И в дальнейшем красные комиссары переговорили всю Белую гвардию. То есть кулак и плеть уже не действовали на народ даже для его пользы-он хотел, чтобы с ним говорили на сходах-собраниях.  А вот широкая грамотность у любителей вина, балов и карт явно отставала от грамотности социалистов, евреев и других полукровков в своём большинстве. Да, они часто скатывались к откровенной демагогии- но они разговаривали с рабочими и крестьянами, как с равными. И это определило исход дела!

    Но как это стало возможным, что крестьянин-монархист 1812 года превратился в крестьянина-антимонархиста 1917 года всего лишь за столетие? Выходит российские монархисты также проглядели изменение социальной и национальной структуры общества, как и российские коммунисты спустя менее столетия? 

    И вот что открывается нам при внимательном рассмотрении. Именно дворяне в 1762 году получили из рук Екатерины Второй исключительные права при минимальных обязанностях. Попытки Вольского и Сперанского, Киселёва и других реформаторов, хоть частично решить крестьянский вопрос тоже, русский вопрос по определению, поскольку многие иные народы «в крепости» не состояли, а знать состояла из полукровков-евразийцев, провалились. 

    А ведь стоило Александру Первому не красоваться в Париже и не гарцевать на белой лошади, раскланиваясь с француженками, а потребовать контрибуций с Франции за сожжённые сёла и города, земельную реформу и освобождение крестьян  было бы на что проводить. А он ополченцев и солдат-героев вернул помещикам крепостникам, а государственных крестьян отдал в военные поселения «палочнику» Аракчееву. Вот что делает с нашими правителями бездумное «западёнство»! Всё прощать защищённой славянами от многотысячелетних нашествий кочевых цивилизаций и потому крайне богатой Европе потому, что там всё красивее, лучше и люди тоже-это на уровне чёрной оспы…  практически не лечится!

    Все российские императоры, от убитого дворянами-англофилами Павла Первого- мужицкого императора и до Александра Второго-Освободителя, пытались решить этот вопрос, но наталкивались на сопротивление интернационального евразийского дворянства. Дело дошло до того, что Александр  Второй провёл реформу обманом, при отказе огромного большинства российского дворянства от освобождения крестьян, хотя уже надо было освободить из крепости лишь 22 миллиона человек из 88-миллионной России. 

    «Всё-поезд ушёл!»-заявил  глава земельного комитета, когда очнувшиеся дворянские депутаты пришли требовать назад подписанный ими документ об освобождении прибалтийских крестьян. Они с опозданием поняли, что поезда с декретами уйдут во все губернии и там губернаторы будут обязаны действовать по этому, явно обманом подписанному, образцу. Но они опоздали, декрет напечатали ночью и поезда с курьерами действительно уже ушли. Возмущение дворянства было огромным. 

    Но зато все дворяне, как один, требовали конституционной монархии вместо самодержавия… «Советуйся во всём!»-писали они царю-реформатору, явно пытаясь идти путём продажной парламентской польской демократии, которая ограничила власть короля и польский сейм веками продавался русским, немцам, австрийцам, шведам, англичанам, французам и даже… румынам! Соответственно и страна распадалась на части. (Отсюда понятна настойчивость Штатов в насаждении демократии по всему миру, явно с учётом сверхпрозрачности «демократии кошельков» для иностранного капитала, прежде всего американо-сионистского капитала!) А ведь ещё в «Поэме о Гильгамеше», уставшие от кочевой военной демократии Великого Турана,  царские жрецы земледельческой Персии написали, что где демократия, там воровство и разбой. И за 5 тысяч лет так ничего и не изменилось!

    Явно, вопрос крестьянского освобождения и капиталистические реформы надо было проводить ещё в 1812 году, а не загонять шпицрутенами солдат и ополченцев-героев в крепостные заново. Это было предательством хоть и чуждого по духу, но своего народа. Потрясения 1905 и 1917 года также никак не изменили отношения дворян-офицеров к солдатам из крестьян и рабочих, уже в основном грамотных и способных рассуждать. И если социалисты и демократы шли к солдатам безбоязненно, то офицеры-монархисты кроме мордобоя и балов с пьянками и картами ничего не знали. А им то надо было объясняться с народом в первую очередь. 

    Ведь толковое и грамотное решение царя максимально привлекать зарубежный капитал для развития промышленности россияне воспринимали как национал-предательство и ненависть к зарубежным капиталистам, развивавшим экономику России между двумя революциями  сумасшедшими темпами, едва не 5% в год против 3% даже у США, просто зашкаливала. Отсюда и дворяне, и интеллигенция, катавшиеся на Запад и привозившие оттуда восхищение тамошним прогрессом вызывали ненависть и озлобление народов России, которые колонизаторское счастье Запада строили своим горбом. А горб то действительно трещал, ибо во многих отраслях промышленности доля иностранного капитала доходила до 50 и даже до 70%!

    Итак, патриотам-монархистам старой России нечего было сказать, нечего было предложить своему народу кроме ненавистного западничества. Тогда как социалисты предлагали совершенно осуществимые вещи. И не только мир-землю-хлеб и власть Советов, а также промышленное развитие, образование и лечение в новых городах! А с точки зрения крестьянина жизнь городского рабочего была намного лучше. Устойчивая зарплата и жизнь в городе, да при 10-часовом рабочем дне для крестьянина, работавшего по 14 часов в день почти без выходных, были необычайно привлекательны. 

    Ленин учёл это, а также стремление  крестьянского мира к общине, разрушенной эффективными столыпинскими реформами и появлением безжалостного кулака-мироеда.  Почти 42% безземельных крестьян к 1913 году откровенно хоронили эффективность реформ их политической непривлекательностью. Больше безземельных крестьян, и, что ещё хуже, безлошадных батраков, в отличие от России, было лишь в Испании, которая ко времени  испанской республиканской революции 1931-39 годов за столетие пережила  уже пять революционных взрывов.

    Итак, Ленин смог отойти от марксистских догм о революционности только западного пролетариата и начал строить социализм в крестьянской стране, подгоняя и учение и текущие лозунги под структуру того общества, которое он взялся преобразовать. И не его вина, что структура общества столь революционно изменилась за полвека. Да так, что нынешние марксисты пребывают в умственной прострации, явно не понимая, а  куда ж идти!? Хотя этот путь очевиден и в конце статьи автор готов изложить основные направления движения, прежде всего для России.

    Для автора очевиден и подвиг Ленина, даже если признать, что изначально он действительно был заслан в Россию зарубежными силами с целью её разрушения и втягивания в затяжной хаос и ими  же едва не убит в 1918 году за отказ бросить  страну без власти. 

    Сегодня ясно, что Россию и Германию, Австрию и Османскую Турцию насильно втягивали в войну американо-британские сверхкорпорации с целью расчленения, о чём написала сенатская комиссия США в 1934 году, обвинив в этом ведущие транснациональные корпорации Америки. И хилая буржуазная демократия могла привести только к нынешнему расчленению России и врагами и союзниками, но не в 1991 году, а уже тогда в 1918 году и не на 15 частей, а на 69, как предполагалось в секретных статьях Версальского договора! 

    А это значит, что без Ленина и его отчаянных  сионокомиссаров Россия осталась бы лапотной на столетие, поскольку похоже только наша страна привычно играла свою цивилизационную роль веками, замиряя орду за ордой от киммеров и скифов до монголов и крымчаков,  приучая их к мирной трудовой жизни. Других исторических цивилизаторов, выступающих за права угнетённых народов и создавших в течение этой борьбы сонм независимых государств, как Румынию, Болгарию, Сербию, Молдавию, Украину, Белоруссию, Финляндию, Польшу, Литву, Латвию, Эстонию, и сохранивших в 1945 году Германию от предлагаемого расчленения, создавших сонм внутренних республик и множество антиколониальных государств, подобных Кубе и Анголе на планете Земля-увы-не наблюдается!  Значит, нас бы ждала крайне незавидная судьба.

    А теперь давайте перечислим агрессоров с 1918 и до 1922 года. Это Германия, Австрия, Польша, Франция, США, Британия, Румыния, Турция, Латвия, Литва, Эстония, Финляндия, Греция, Япония! Автору, как представителю послевоенного поколения, так и хочется сказать-ба, знакомые всё лица! И это не считая восстаний в десятке среднеазиатских республик и крестьянских бунтов внутри России. Значит, если бы не Ленин и не предложенное им вероучение о пролетарском интернационализме, наши «заклятые друзья» расчленили бы Россию, не кашлянув, ещё в 1920 году. Желая или не желая того, но он дал время России, чтобы подняться с колен.

    И, если после 70-летнего градостроительства и образовательной деятельности, в 90-е годы русских «плантаторов» в лице инженеров, рабочих, врачей и учителей начали грабить и убивать во всех республиках-сепаратистах, то в 1920 году малой кровью в сотни тысяч человек это бы не кончилось. Погромы были бы миллионные и банды воинственных мусульман шлялись бы по всему югу России не 5-10 лет до 1931 года, а поселились бы там на века, дополняемые на западе сечевиками- бандеровцами и прибалтийскими карателями.

    Действительно, стратегических ошибок Лениным было допущено много. И, особенно это касается обвинения в шовинизма русского народа-цивилизатора, единственного российского народа, оставленного им в наказание без республиканской государственности. А, якобы без вины страдающим тысячелетним агрессорам, он подарил республики и конституции. Ошибся он также насчёт прочности и жизнеспособности интернационализма и его носителя-пролетариата, как неистребимого и мощного класса.

    Да и приоритет социального над национальным оказался недолговечным. Польша, Прибалтика, Финляндия, Украина, Румыния и другие новообразования уже к 1920 году доказали несостоятельность теории интернационализма. Но евразийский характер российского пролетариата и интеллигенции из полукровок долго не мог смириться с этой неприятной мыслью. И даже предательство социализма маоистским национал-социалистическим Китаем в 1959-69 годах не помогло. И яростный национализм бывших советских республик горе-коммунисты видеть не хотят явно по-страусиному. 

    Хотя ясно, что Россия без русского стержня, подобна детской пирамидке, пни и покатятся колёсики в разные стороны. А пока был русский стержень, хоть какой-то уже по инерции до 1945 года, пирамидка каталась, но рассыпать её было не возможно.

    Да и сегодня интернациональный миф, хоть и  в других одеждах протаскивается в российскую политику и экономику  усилиями  еврейско-кавказской полуколониальной мафии сепаратистов. Хотя вполне достаточно говорить о добрососедстве и взаимоуважении, забыв о интернационализме, раз уж о нём напрочь забыли все окружающие народы, насаждающие у нас мафию сепаратистов и притащившие  к нам рынки, казино и бордели в обмен за отстроенные почти за столетие города, заводы, школы, институты, больницы, стадионы, театры и многое –многое другое!

    Видимо, с марксизмом-ленинизмом, как учен
0

Комментарии

2 комментария
  • ник чарус
    ник чарус3 сентября 2016 г.
    ЛИ...с высоты тибета россию не понять!
  • ник чарус
    ник чарус3 сентября 2016 г.
    тогда что здесь непонятного? ясно что марксисты проглядели изменение структуры общества в том числе национальной структуры -как и монархисты в 1917 г!